Внутренний критик: как слова родителей, услышанные в детстве, становятся голосом в нашей голове

Вы живёте или всё время сдаёте экзамен? Как внутренний критик управляет нашей жизнью

Внутренний критик — это внутренний голос, который часто формируется из слов родителей, услышанных в детстве.

Эти фразы постепенно становятся частью нашего мышления и начинают влиять на самооценку, решения и поведение.

Прохожу регистрацию на самолёт. Рядом стоит семейная пара: папа, мама и ребёнок. Папа максимально отстранённый. Мама — очень недовольная. А ребёнок — видно, что любознательный и активный, но уже хорошо приспособился: делает всё, чтобы мама его любила.

Глядя на эту семью, я почувствовала бурю эмоций. Словно я — та маленькая девочка, которой говорят: «Чего ты балуешься», «Сиди тихо», «Ты привлекаешь внимание, так нельзя», «Тише, не шуми».

И вот я вижу себя уже не в возрасте 36 лет, а будто мне снова 2 года. Быстро пришла в себя, утешила свою маленькую девочку и подумала: хоть бы не рядом с ними сидеть.

Но не тут-то было. Вселенная услышала меня. Занимаю своё место в самолёте — и следом за мной садится эта святая троица. Рядом со мной — эта маленькая девочка, потом мама и папа.

Девочка только села в кресло — сразу уснула. Проспала часа три из шести часов перелёта. Проснулась. Попросила покушать. Ведёт себя как мышка.

И тут мне захотелось яблоко. Я лезу в сумку — я не ем еду в самолёте — и с таким наслаждением откусываю кусочек. Девочка смотрит на меня и говорит маме: «Мама, дай яблочко».
Мама: «Оно наверху. Не могу тебе дать. Папа проснётся — дам тебе».

Я недолго думая, предлагаю ей второе яблоко, которое лежит у меня в сумке. Девочка отказывается. Ну ладно, подумала я.

Девочке включили мультики, она смотрит. Поведение, скажем, не совсем свойственное ребёнку 2,5–3 лет. Слишком уж послушная, подумала я про себя. В какой-то момент, видимо, ей уже всё надоело, и она начала ерзать. В этот момент мама смотрит кино. И девочка говорит: «Я уже хочу домой».

Мама: «Тётя рядом спит. Ты ей мешаешь (хотя я не спала, и она мне не мешала). Ты когда спала, тебе никто не мешал. Веди себя хорошо».

Ребёнок: «Как хорошо?»
Мама: «Молча».

Я это пишу не к тому, что мама плохая или девочка очень хорошая. Вообще без оценки кого-либо.

Я всего лишь хочу показать, как закладываются механизмы регуляции психики и почему мы во взрослом возрасте начинаем бояться выступать, сделать ошибку или быть «плохими».

Ведь в психике есть очень наглядный механизм, который сформировался с детства: меня любят = я веду себя хорошо = молчи.

Нам хочется что-то сказать, а внутри строгий запрет: молчи. Не мешай. И сколько бы мы ни хотели, без проработки этой детской части далеко не уедем.

Большинство терапий начинается с проработки наших внутренних субличностей. Во взрослом возрасте вроде бы уже никто над нами не стоит, не нужно спрашивать ничьего разрешения, а мы всё равно — внутренне словно в клетке. Эта часть может быть внутренним критиком или родителем, который снова запрещает.

Почему наша взрослая часть не живёт, пока внутренний критик управляет жизнью?

Этот персонаж нас всегда подгоняет. Критикует. Не даёт расслабляться. Всегда знает, как лучше. Его часто называют ответственностью, требовательностью, внутренней дисциплиной, но на самом деле это внутренний критик.

И вот что важно понять: пока он у руля, взрослая наша часть в жизни почти не участвует.

Внутренний критик редко орёт. Чаще он говорит спокойно и убедительно. Ты могла лучше. Рано радоваться. Не время останавливаться. Соберись. И кажется, что он помогает. Держит форму. Не даёт скатиться. Без него ведь всё развалится, правда?

На самом деле — нет. Внутренний критик появился не тогда, когда ты стала взрослой. Он появился гораздо раньше. В тот момент, когда быть живой было небезопасно — как в ситуации с девочкой. У неё уже сформирован критик.

Когда нужно было соответствовать. Быть удобной. Не ошибаться. Не расстраивать. Не чувствовать лишнего. И тогда психика придумала выход. Если я буду контролировать себя заранее, меня не накажут снаружи. Так критик стал защитой.

Проблема в том, что защита осталась, а опасности давно нет. Но критик этого не знает. Он живёт прошлым. Он всё ещё думает, что мир опасен и ты должна быть собранной каждую секунду.

И вот здесь происходит подмена. Критик начинает выглядеть как взрослая часть.

А взрослая часть так и не включается. Потому что взрослая часть — это не контроль. Это способность выбирать. Ошибаться. Опираться на себя. Выдерживать неопределённость.

Критик этого не умеет. Пока критик управляет жизнью, ты можешь быть умной, успешной, проработанной.
Но внутри всё равно будет ощущение напряжения.

Ты вроде живёшь. Но как будто всё время сдаёшь экзамен. Отдыхаешь с чувством вины. Радуешься с оглядкой. Достигаешь — и сразу обесцениваешь. Это не взрослая жизнь. Это хорошо организованное выживание.

Есть ещё один важный момент. Внутренний критик не умеет быть довольным. Никогда. Даже если всё получилось, он найдёт, что улучшить, усилить, переделать.

Поэтому рядом с ним невозможно почувствовать опору. Только временное облегчение.

Многие боятся отпустить критика. Потому что кажется: если я перестану себя давить, я развалюсь. Но практика показывает обратное. Пока критик главный, ты не знаешь, кто ты без него. Именно поэтому взрослая часть не живёт. Ей просто не дают места.

Взрослая часть появляется не тогда, когда ты стала мягче или строже. Она появляется тогда, когда ты начинаешь различать: вот страх, а вот мой выбор, вот старый голос, а вот я сейчас.

Это не происходит за один разговор. И не через аффирмации. Это процесс возвращения себе права быть главной в своей жизни.

Самый точный вопрос здесь не «как убрать внутреннего критика», а кто внутри меня до сих пор живёт в режиме выживания и почему взрослая часть так и не получила право рулить?

Пока на него нет ответа, критик будет управлять. А жизнь будет проходить мимо.

Виктория Чугунова

Интегративный психолог. Расстановщик. Член профессиональной психологической лиги.